г. Ростов-на-Дону ул. Пушкинская, 43, оф. 10
e-mail: info@hjournal.ru 
тел. +7(863) 269-88-14

scienceRU

Изменения в стратегиях социально-экономической адаптации россиян в конце XX – начале XXI вв.

Изменения в стратегиях социально-экономической адаптации россиян в конце XX – начале XXI вв.

Journal of Institutional Studies (Журнал институциональных исследований), , Том 12 (номер 1),

Статья посвящена анализу изменений в стратегиях социально-экономической адаптации россиян на протяжении последних 30 лет. Продемонстрировано, что рейтинг распространенности различных адаптационных действий сформировался еще в 1990-е гг., когда новые институциональные условия вынудили массовые слои населения страны активно искать способы поддержания своего материального благополучия. Лидерами его стали стратегии, ориентированные на разовые приработки и работу в личном подсобном хозяйстве. Рост реальных доходов привел в последующем к некоторому увеличению числа тех, кто успешно адаптировался к новым условиям и мог позволить себе ничего не предпринимать для наращивания своих доходов, получая лишь заработную плату на одной работе или пенсию. Однако даже в 2018 г. в данную группу входили лишь 16% россиян (при этом каждый десятый объективно не мог ничего сделать для улучшения своего положения, и столько же являлись пассивными дезадаптантами, не имея жестких внешних ограничений для своей адаптационной активности). Что же касается активных форм адаптации, то главные изменения последних лет в них – заметное сокращение распространенности стратегий, ориентированных на рынок труда, особенно множественной и сверхурочной занятости. Причина этого – ослабление переговорных позиций работников в их отношениях с работодателями и вытекающее из этого снижение эффективности ориентированных на рынок труда стратегий. Показано также, что из-за низких «отдач» на знания и квалификацию в отечественной экономике распространенность их наращивания и обновления за последние полтора десятилетия сократилась вдвое. В итоге доля использующих в ходе активной социально-экономической адаптации только неконструктивные действия (наращивание долговой нагрузки и т.п.) составляет сейчас минимум 7% взрослого населения страны. Сделан вывод, что процесс социально-экономической адаптации россиян к сложившейся в стране системе общественных отношений еще продолжается. И хотя идет он довольно интенсивно, вектор его противоположен многим задачам, стоящим сейчас перед страной, в частности – курсу на «технологический прорыв».


Ключевые слова: социально-экономическая адаптация; стратегии адаптации; стратегии выживания; адаптационное поведение; человеческий капитал

Список литературы:
  • Адаптационные стратегии населения / Под ред. Авраамовой Е.М. (2003). СПб.
  • Вольчик В. В., Зотова Т. А. (2011). Адаптивная рациональность и экономическое поведение в эволюционном контексте // Terra Economicus, Т. 9, № 4, с. 54–64.
  • Герасимова С. Б. (2005). Стратегии выживания семей в условиях рыночной экономики / Изучение проблем бедности в России. М.: Алекс. С. 190–206.
  • Гордон Л. А. (1994). Социальная адаптация в современных условиях // Социологические исследования, №. 8, с. 3–15.
  • Заславская Т. И. (1995). Социальный механизм трансформации российского общества // Социологический журнал, №. 3, с. 5–21.
  • Каравай А. В. (2019). Основные модели социально-экономической адаптации в разных стратах российского общества // Terra Economicus, № 3, с. 128–145
  • Козырева П. М. (2011). Социальная адаптация населения России в постсоветский период // Социологические исследования, № 6, с. 24–35.
  • Латов Ю. В. (2003). Россия 1990-х годов: недоразвитость через упадок или развитие через спад // Экономический вестник Ростовского государственного университета, Т. 1, №1, с. 100–115.
  • Лукьянова А. Л. (2010). Отдача от образования: что показывает метаанализ // Экономический журнал Высшей школы экономики, Т. 14, №. 3, с. 326–348.
  • Российское общество и вызовы времени. Книга пятая / Под ред. Горшкова М.К., Петухова В.В. (2017). М.: Весь Мир.
  • Позднякова О. В. (2011). Социальная адаптация как стадия социализации личности // Социально-экономические явления и процессы, №. 5–6, с. 362–366.
  • Тихонова Н. Е. (2014). Социальная структура России: теории и реальность. М.: Новый хронограф.
  • Тихонова Н. Е., Каравай А. В. (2017). Влияние экономического кризиса 2014–2016 годов на занятость россиян // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены, № 2 (138), с. 1–17.
  • Тихонова Н. Е., Каравай А. В. (2018). Динамика некоторых показателей общего человеческого капитала россиян в 2010–2015 гг. // Социологические исследования, № 5, с. 84–98.
  • Шабанова М. А. (2001). Массовые адаптационные стратегии и перспективы институциональных трансформаций // Мир России, № 3, с. 78–104.
  • Bowles, S., Choi, J. K., Hopfensitz, A. (2003). The co-evolution of individual behaviors and social institutions // Journal of theoretical biology, Т. 223, №. 2, с. 135–147.
  • Branisa, B., Klasen, S., Ziegler, M. (2013). Gender inequality in social institutions and gendered development outcomes // World Development, Т. 45, с. 252–268.
  • Branisa, B., Klasen, S., Ziegler, M., Drechsler, D., Jütting, J. (2014). The institutional basis of gender inequality: The Social Institutions and Gender Index (SIGI) // Feminist economics, Т. 20, №. 2, с. 29–64.
  • Castles, S. (2003). Towards a sociology of forced migration and social transformation // Sociology, Т. 37, № 1, с. 13–34.
  • De Rose, A., Racioppi, F., Zanatta, A. L. (2008). Italy: Delayed adaptation of social institutions to changes in family behaviour // Demographic research, Т. 19, с. 665–704.
  • Duchêne, A., Moyer, M., Roberts, C. (ed.). (2013). Language, migration and social inequalities: A critical sociolinguistic perspective on institutions and work. Multilingual Matters, Т. 2.
  • Farrell, H., Newman, A. (2017). Brexit, voice and loyalty: rethinking electoral politics in an age of interdependence // Review of international political economy, Т. 24, №. 2, с. 232–247.
  • Fazey, I., Wise, R. M., Lyon, C., Câmpeanu, C., Moug, P., Davies, T. E. (2016). Past and future adaptation pathways // Climate and Development, Т. 8, №. 1, с. 26–44.
  • Hashimoto, T., Nishibe, M. (2017) Theoretical model of institutional ecosystems and its economic implications // Evolutionary and Institutional Economics Review, Т. 14, №. 1, с. 1–27.
  • Hechter, M., Opp, K. D., & Wippler, R. (2018). Social institutions: Their emergence, maintenance and effects. Taylor and Francis.
  • Hoffman, A. J. (2003). Linking social systems analysis to the industrial ecology framework // Organization & Environment, Т. 16, №. 1, с. 66–86.
  • Jones, L., Boyd, E. (2011). Exploring social barriers to adaptation: insights from Western Nepal // Global Environmental Change, Т. 21, №. 4, с. 1262–1274.
  • OʼBrien, R., Goetz, A. M., Scholte, J. A., Williams, M. (2000). Contesting global governance: Multilateral economic institutions and global social movements. Cambridge University Press, Т. 71.
  • Porter, J. J., Demeritt, D., Dessai, S. (2015). The right stuff? Informing adaptation to climate change in British local government // Global Environmental Change, Т. 35, с. 411–422.
  • Tarrow, S. (2001). Transnational politics: Contention and institutions in international politics // Annual review of political science, Т. 4, №. 1, с. 1–20.
  • Tibbs, H. (2011). Changing cultural values and the transition to sustainability // Journal of Futures Studies, Т. 15, №. 3, с. 13–32.
Издатель: ООО "Гуманитарные Перспективы"
Учредитель: ООО "Гуманитарные Перспективы"
Online-ISSN: 2412-6039 ISSN: 2076-6297